Затянувшийся сезон лжедемократии

За 25 лет рыночного бардака трудовой народ России получил то, что и было до 1917 года, но ещё в худшем варианте. Если до 1917 года паразитировало 4 процента, то за последние четверть века в России тело паразитов разбухло почти в три раза.



Что имели трудящиеся до 1917 года? Рабочие в городах – вонючие каморки в бараках, крестьяне в деревнях – халупы. А господа-паразиты – дворцы. Они развлекались в столицах и грели пупки в теплых широтах.

Вот это всё мы и увидели в России при наступившей лжедемократии. За 25 лет рыночного бардака создали только огромную армию паразитов и рассадник преступности. Всё порочное, чуждое природе русского человека, выплеснулось наружу – бандитизм, воровство, проституция, наркомания, тунеядство, иждивенчество, бродяжничество…

В Стране Советов у нас о каждом знали всё: кто он и что он, где работает, на что живёт. Тунеядство, иждивенчество и бродяжничество строго пресекались. Тогда боролись за каждого человека, добивались, чтобы он честно жил и работал.

Советская соцсистема была самой справедливой и человечной. Пенсии минимальные начислялись для мужчин с трудовым стажем 25 лет, а для женщин – 20 лет. И не менее. Пенсии, их размер зависели от трудового стажа, среднего заработка и от того, где, в каких условиях человек работал. На первом месте всегда были горняки и металлурги, а не как при рыночном бардаке – чиновники и депутаты.

О горняках в своё время великий Сталин сказал: «Шахта есть второй фронт, и наши горняки должны есть золотыми ложками». При нём так оно и было. Ведущие профессии в шахте – это проходчики, забойщики. Они зарабатывали до 20 тысяч в месяц, а машина «Победа» стоила тогда всего 16 тысяч. И, кстати, стаж подземным рабочим шёл год за два – о чём теперь не ведают работники Пенсионного фонда РФ. И в Москве, и на местах считают теперь календарные годы. При позорном рынке пенсии стали одинаковыми – и у тех, кто в шахте пахал или металл у раскалённой печи варил, и у тех, кто портки протирал в конторах и офисах, храня своё здоровье. Исключение, кончено, составляют чиновники и депутаты.

При советской соцсистеме разница в зарплатах и пенсиях составляла три – пять раз, сегодня же – десятки и сотни раз. Прибыль дают предприятия, построенные нашими руками и на наши денежки. И всё, что было разведано в недрах, – тоже на наши денежки. Только при Советской власти вся прибыль шла в государственный карман, поэтому и хватало на всё про всё. А за последние четверть века – в карман воров. Одна яхта вора равняется по стоимости годовому бюджету промышленной области. Сегодняшняя тысяча рублей равна прежним, советским, пяти рублям – и то с большой натяжкой. В то время я на пять рублей мог купить два кг настоящей колбасы, без всякой химии. А вот сегодня у нас всё – эрзац: масло, хлеб – и … пошло поехало. В общем, полная бесконтрольность.

Или возьмите наши коммунальные бани. В советское время в Иркутске бань было более десятка, сегодня – в разы меньше. Да и в них желающих, как раньше, в советское время, не наблюдается. Почему? Да потому, что в 60–80-е годы одна помывка в бане стоила 15 копеек, а сегодня – 240 рублей! И это не предел, цены постоянно растут. Что, шайки в бане стали золотыми, а водяные краны – серебряными и из них льют дорогущий коньяк вместо воды? Ничего подобного, всё так же, как в советские годы. Баню на улице Коммунистической, что неподалёку от кинотеатра «Баргузин», я знаю с 70-х годов. С тех пор там ничего не изменилось, кроме цены, только, разве, всё постарело и скукожилось, да и шайки заржавели основательно, с облезлых стен и грязного потолка постоянно капает, тараканы ползают. Цену при городской демократической власти здесь взвинтили в 1800 раз (!!!), по сравнению с советскими 15-ю копейками. Если перевести на среднюю зарплату и сравнить её с советской, то я должен сегодня получать 230 тыс. рублей!

Демократия была при Советах, при соцсистеме. Меня никто не ущемлял ни в чём и никогда. А за годы рыночного бардака моя пенсия – горняка – усохла в несколько раз. У меня лично за эти годы украли больше 15 млн. рублей из пенсии, заработанной потом и кровью в прямом смысле. Я – беспартийный подземный проходчик. Соцсистемой и Советской властью был доволен на 200 процентов. Мой средний заработок был 425 рублей, пенсия – 210 рублей. Сотня тех лет при тех смешных ценах сегодня равняется тысяче долларов.

Учение и лечение, санатории и дома отдыха были бесплатными. Услуги ЖКХ, проезд на любом виде транспорта, плата за садики и ясли, пионерские лагеря, питание в школьных и рабочих столовых была чисто символическая. За двухкомнатную квартиру улучшенной планировки я платил 14 рублей или пятнадцатую часть своей пенсии. В магазинах всё необходимое было, а кому не хватало колбасы, кто не ленился, откармливали живность для себя. Мы намолачивали хлеба по тонне на человека. И весь хлебушек шёл в закрома Родины, а не к спекулянтам.

Все нынешние партии и партийки, кроме КПРФ, – пустой звон, который мы слышим последние 25 лет. Только она одна стоит на страже законных интересов народа.

И.Г. БАРСУКОВ, дважды ветеран труда
«Приангарье», № 7, 2017
общество, капитализм